Страж. Тетралогия - Страница 407


К оглавлению

407

— Когда вы поняли, что след ангела — фальшивка?

Роман сложил узловатые пальцы в кулак, потер им затылок:

— Слишком поздно для того, чтобы все остановить. Слухи полетели, а паломники и местные клирики-тупицы уже сколачивали крест да жгли свечи. Первый же инквизитор с магией все раскусил.

— Вальтера нельзя назвать наивным. Он не верил, что его обман продержится долго, значит, знал, что вы не остановите представление.

— У нас не было выбора. Что мы должны были делать? Объявить во всеуслышание, что кучка мошенников решила надуть верующих? Что никакого чуда нет, а последнего ангела видели полторы тысячи лет назад? Зачем рубить сук, на котором сидишь, Людвиг? Люди хотят верить в чудеса, и кто мы такие, чтобы разрушать их иллюзии?

Я лишь невесело рассмеялся:

— Мне повезло, Роман. Моя работа гораздо проще.

— А моя не ждет. — Он встал и протянул руку. — Ты спас мне жизнь в тех проклятых горах, и я не люблю быть должен. Я собираю слухи и информацию. Старая ферма в четверти лиги за городом, если ехать через Кошачьи ворота. Я смогу придерживать эту новость пару-тройку часов, не больше. Увези женщину как можно дальше, если не хочешь, чтобы она сгнила в подвале.

— Они будут предупреждены. Все.

— И что с того? Мы их поймаем. Но если стража не будет среди них, ее никто не станет искать. Обещаю.

— Спасибо, Роман. Мы в расчете.

— Боюсь, что нет. Это была услуга за услугу.


Ферма выглядела заброшенной, но в ее окошках горел приглушенный свет.

Небо быстро темнело.

Я направился к воротам, думая, что снова действую наобум, прыгаю в омут головой и Вальтеру в общем-то ничего не стоит сделать то, что не получилось у наемника.

Я заметил, как дрогнула занавеска — наблюдавший за дорогой увидел меня. Тем лучше.

Ворота были не заперты. Я вошел во двор — грязный, с двумя огромными лужами и телегой, перевернутой набок. Дверь в дом открылась, и на пороге появился Чезаре. Посмотрел на меня тяжелым взглядом, не убирая руки с висящей на поясе даги:

— Ты один?

— Как видишь.

Он посторонился и, когда я вошел, остался на улице, решив проверить, не пришел ли за мной кто-то еще.

Внутри пахло старым заплесневевшим домом, пол был земляной. Большую часть единственной комнаты занимал остывший очаг. Скудная крестьянская мебель, а также прялка оказались сдвинуты к дальней стене. В углу, завернувшись в тонкое одеяло, спал хагжит. Колдун, до этого что-то писавший, теперь смотрел на меня.

Кристина порывисто бросилась ко мне, крепко обняла:

— Я думала, ты погиб! Вальтер сказал, что там, где ты стоял, никто не выжил!

Бывший слуга маркграфа Валентина встретил мой красноречивый взгляд с понимающей улыбкой:

— Как видно, я ошибался. Этот Чезаре вечно все путает.

— И недоделывает. Они пытались избавиться от меня.

— Что?! — Она гневно нахмурила брови, резко повернувшись к Вальтеру. — Ты же обещал!

— Эй! Эй! Успокойся.

— Успокоиться?! — разозлилась Кристина. — Ты сукин сын, Вальтер! Не только завалил дело, но и хотел убить того, кто согласился помочь нам!

— Это была инициатива Чезаре. Я не давал ему таких распоряжений. Клянусь!

Она шагнула к нему с явным намерением ударить, но я взял ее за предплечье:

— Мы уходим. Прямо сейчас.

— Неужели? — вкрадчиво сказал он, положил перо на стол и встал.

Я воспринял это как угрозу и опустил руку на кинжал.

— Думаешь, амулет твоей ведьмы спасет тебя от магии?

— Проверим?

— Прекратите! Оба! — крикнула Кристина, разбудив Адиля. — И так все плохо. Столько месяцев работы насмарку! Мы не знаем, где отец Готтход и Филипп, они до сих пор не пришли. Шанс выйти на кузнеца потерян! А вы думаете только о том, как пустить друг другу кровь!

Вальтер миролюбиво поднял руки вверх и вновь угнездился на стуле:

— Прежде чем ты примешь решение, узнай у ван Нормайенна, как тот нашел нас. Он, наверное, великий волшебник, раз оказался здесь. Ведь ты ему не говорила о нашем убежище?

— Не говорила. — Она вопросительно посмотрела на меня. — Так как, Людвиг?

Этот ублюдок чудесно перевел разговор на другую тему.

— Неважно. Я здесь. А у вас мало времени. Надо вывезти тебя отсюда, Кристина. Останешься с ним — пропадешь.

— Пфф! — Колдун проворно начал собирать вещи, а бритоголовый хагжит застегнул на сюртуке пояс с кривой саблей.

Я почувствовал, как затылок укололо что-то холодное.

— Чезаре! — крикнула Кристина. — Стой!

— Я не слушаю твоих приказов, женщина. Вальтер? — Кондотьер подобрался ко мне совершенно незаметно.

— Оставь его, — попросил колдун, окончательно собрав сумку. — Нам он не нужен. Зачем расстраивать Кристину? Пора уезжать. И начинать все сначала.

— Не будет никакого начала. Ты уже проиграл.

— Ты все-таки просто тупой громила, альбаландец. У меня не было выбора. Жизнь целого мира поставлена на карту. Я пошел бы даже в пасть дракона, если бы это приблизило меня к темному кузнецу. Как ты не поймешь такую простую вещь: все, что я говорил тебе о темных кинжалах, — правда. Я найду новый глаз серафима. И попробую снова. А ты можешь бежать в Арденау, зарыть голову в песок и думать, что я лгу, раз тебе так легче.

— Так и поступлю. Но сначала заберу ее.

— Я не поеду с тобой, Людвиг, — тихо сказала Кристина.

— Хочешь остаться с ними? Знаешь, что случится, когда тебя поймают? Страж будет обвинен в заговоре против Риапано. Это ударит по Братству. По каждому из нас, где бы мы ни находились. Уедем, пока не поздно. Оставь их. Ты должна жить, а не умереть на дыбе. Это последний шанс.

407